Отрывок из книги «Маленькая книга жизни и смерти»

Дуглас Хардинг

Путь длиною метр

Ни один человек никогда не терял пути, кроме как по той причине, что, покинув однажды свою Землю, он слишком надолго обосновывался вовне. … Многие искали свет и истину, но только вовне, где их нет. В конце концов они уходят так далеко наружу, что никогда не возвращаются и не находят обратный путь внутрь.
Бог внутри, мы вовне, Бог дома, мы – чужаки.

Экхарт

Примерно в метре ОТСЮДА проходит одна из самых трудно пересекаемых и хорошо скрытых из всех границ. Это граница, которая разделяет Страну Разума и Страну Абсурда, железный занавес, отделяющий более удаленную землю, в который вещи видятся такими, какие они есть, от более близкой земли, в которой вещи видятся противоположными тому, какие они есть, – с того рода последствиями (начиная с нелепых и кончая непрактичными, и начиная с тех и других и кончая фатальными), которых можно ожидать. Ее можно назвать гранью между Землей Бодрствования и Землей Снов и Кошмаров, или между Страной Зрячих и Страной Слепых. Названия этих резко контрастирующих регионов не важны, но их реальность, местоположение и протяженность – дело жизни и смерти.

В Стране Разума, в метре или около того оттуда, где вы находитесь, для того, чтобы просто выжить, нужно быть в достаточной мере реалистом: так, чтобы – к примеру – по привычке не увидеть отсутствующие вещи как присутствующие, прозрачные вещи как матовые, и единичные вещи как пары. Здесь вы тоже увертываетесь от идущей навстречу машины, избегаете прогулок по краю скалы, и воздерживаетесь от касания раскаленных углей. Все по понятной причине: ложь самому себе в таких вещах наверняка окажется пагубной. В ближней или Абсурдистской Стране, однако, человек как-то выживает и проживает целую жизнь практически безо всякого реализма, в режиме чистого самообмана. Выживает, но не более того. Постоянно галлюцинировать вредно для здоровья. Что спасает существование такого рода от полного краха, так это тот факт, что оно есть фикция и действительно мнимо; невозможно в любом случае. Заблуждения и обманы, которые выполняют обязанности здравого смысла в Стране Абсурда, к счастью, бессильны сотрясти существующий порядок вещей, не говоря уже о том, чтобы изменить его. Истинные факты этого места так же прочно обоснованы, так же могут быть подвергнуты проверке, так же ясно очерчены и разумны, как и те, что относятся к самóй Разумной Стране.

Вот образец ложных убеждений, которые, вырастая в Стране Абсурда, я должен выучить, в которые должен все в большей степени верить, беспрекословно ими жить, и в конце концов ими умереть:

  1. В моем собственном непосредственном переживании себя, я – нечто очень сложное,
  2. которое выглядывает из себя через две маленькие дырки в верхней части,
  3. и я вижу многих, таких же, как я, вокруг.
  4. Я такой же маленький, такой же непрозрачный и такой же подвижный, как они.
  5. Вместо того чтобы быть Пространством для них всех, я – один из них,
  6. симметрично противостою каждому, вещь-к-вещи, лицо-к-лицу, подобное-к-подобному;
  7. и, соответственно, как они, я родился и умру.

Дело не в том, что в этой Земле Абсурда я испытываю трудности, когда хочу увидеть, что я есть, а в том, что я был воспитан так, чтобы видеть себя как полную противоположность того, что я есть. Подавляя то, чем я вижу себя прямо здесь на расстоянии ноля метров, я подменяю это тем, чем я выгляжу вон оттуда, с расстояния около метра. Я обмениваю, как по бартеру, эту центральную реальность, принадлежащую мне, на ту региональную внешность, и поскольку разница между этими двумя версиями меня тотальна, мой самообман тотален. Таким образом, я прощаюсь с моими чувствами и становлюсь чудилой – сдвинутым от центра на метр или около того. Это подобно тому, как если бы (в виде уплаты вступительного взноса в человеческий клуб) я запер дверь Дома, находясь снаружи, и выбросил ключ, а теперь жил в этом огромном лагере для перемещенных лиц на границе, мучимый тоской по дому.

Впрочем, к счастью, всегда есть путь Домой, к моим чувствам. Нет: я не просто пользуюсь фигурой речи, чтобы описать человеческие трудности Самоотчуждения и лекарство от них. Это был не метафорический уход от себя, и возвращение тоже не метафорическое. Внутреннее путешествие, которое мне нужно совершить, – реальное путешествие через пространство, принимающее реальное направление, охватывающее реальное расстояние при помощи реального средства передвижения, со скоростью на мой выбор1.

  • 1. Я имею в виду относительно, а не абсолютно реальное: то, что я сбился с пути и потерял Дом, было, конечно, воображаемым. (Прим. автора)

На самом деле, наши тесты были ничем иным, как последовательностью таких внутренних путешествий от эксцентричности к концентричности, с использованием различных видов транспорта. Говоря конкретно, направление каждого путешествия было ровно 180˚ от того направления, к которому я находился лицом; его расстояние было приблизительно один метр; а транспортные средства включали мои очки (посредством которых мои два глаза там слились в мой Единственный Глаз здесь), мои часы (которые, показав время там, показали Не-время здесь), отверстие в карточке (7-дюймовое отверстие там, которое взорвалось и стало бесконечным Отверстием здесь), зеркало в карточке (которое по пути сюда упразднило лицо, содержащееся в нем) и бумажная труба (которая, многократно переводя мое внимание с дальнего конца на ближний, позволила мне заменить цвет там не-цветом здесь, сложность там – простотой здесь, непрозрачность там – прозрачностью здесь, движение там – неподвижностью здесь, и жизнь и смерть там – Тем, что здесь свободно от жизни и смерти).

На самом деле, чтобы привести меня домой, выстроилась многочисленная флотилия транспортных средств, и все они отлично годятся для езды. Я нахожу их бесценными для того, чтобы разделить это внутреннее видение с новыми друзьями и будущими путешественниками. Но для обычного ежечасного хода жизни, в том месте, где я работаю или играю, мне нужно универсальное и незаметное средство передвижения, которое будет всегда наготове, в которое я смогу тайком запрыгнуть, что бы я ни делал.

Внимание – просто посмотреть-и-увидеть – вот как раз такое средство. Или назовите это медитацией – круглосуточной медитацией или медитацией на базарной площади – которая не столько состояние, сколько действие, постоянно возобновляемое движение процесса направления, соединяющего все, что происходит, чтобы заполнить мое Пространство, с самим Пространством.

Вот несколько примеров того, как это работает в моем случае, когда у меня хватает здравого смысла положиться на то, что дано:

  1. Вместо того чтобы перестать замечать кусочек еды на моей вилке, как только я его этой вилкой проткнул, я следую вместе с ним его (примерно) однометровым путем от моей тарелки до этого бесконечно широкого Рта здесь. В процессе принятия пищи у меня есть множество возможностей совершить бесплатную поездку Домой, и каждый раз, когда я чищу зубы или причесываюсь, у меня снова возникают такие возможности.
  2. Вместо того чтобы притворяться, что эти руки, занятые мытьем посуды, приводятся в действие человеческой посудомоечной машиной прямо здесь, я следую за ними до того самого места, где обе руки исчезают и уступают место отсутствию здесь того, кто моет посуду, отсутствию кого бы то ни было, делающего что бы то ни было. Между прочим, поскольку эта процедура основана на реальности, я нахожу, что в результате бьется меньше посуды.
  3. В сущности, что бы эти руки не задумали, на их автостраде с двумя полосами движения я ловлю попутку до Беспредельности, которая явно удлиняет их, и чьи превосходные «ноу-хау» и ловкость всегда поддаются проверке.
  4. В своей машине, вместо того, чтобы, галлюцинируя, видеть здесь человека-водителя, на большой скорости въезжающего на эту в полном смысле слова сцену жизни и смерти – на дорогу впереди, – я расслабляюсь и расширяю свое суженное поле зрения, чтобы вобрать те придорожные телеграфные столбы, деревья и здания, по мере того, как они приближаются на все возрастающей скорости, чтобы затеряться в Вечной Недвижимости здесь. Таким образом, движение, которое я испытываю, разворачивается на 180˚, от воображаемого вперед-на-полной-скорости до реального задний-ход-на-полной-скорости, назад ко Мне, сюда.
  5. Вместо того, чтобы представлять себе некоего любящего здесь, обнимающего при помощи рук некоего любимого там, я замечаю, что тот, кто протягивает руки, есть Тот, кто создан для любви, кто сама Любовь.
  6. И если окажется, что слова любви тоже исходят отсюда, у меня есть возможность проследить их путь, и не до какого-то человека, владеющего словом, а до Молчания, которое говорит.
  7. В общем, мне просто нужно заметить, как каждая смертная вещь соединяет себя со своим Бессмертным Источником, без всякого вмешательства или намерения с моей стороны. Оставив ее, чтобы она пришла и погрузилась в чистые воды своего Происхождения, я вижу, что чего мне не надо делать, так это тащить ее сюда и заталкивать внутрь. Удовольствия от ее обновленного сияния и свежести достаточно.

Давайте завершим Часть 2 нашего исследования заключительным экспериментом. И, пожалуйста, помните, что вы находитесь в Верховном апелляционном суде по этому громкому делу, по этому делу дел – вопросу о том, что вы есть для себя, из какого вещества – тленного или нетленного, – по вашему мнению, вы сделаны, каково ваше «я». В этих существенно важных вопросах ни у кого нет над вами власти.

Возьмите зеркало и, не отрываясь, смотрите прямо вперед на то, что в нем будет появляться на протяжении этого теста.

Заставьте тот объект показать, что он жив, подняв его брови. Но при этом обратите внимание, что контуры той живой головы – это контуры головы смерти, в которую она вскоре превратится.

Обратите внимание на то, как отчетливы, красочны и сложны его различные черты, и как ясно обрисованы его очертания.

Теперь ослабьте свое внимание и позвольте ему расшириться одновременно в обе стороны. И посмотрите, как, по мере увеличения вашего поля зрения, то, что оно принимает в себя, постепенно теряет всю четкость, всю форму и цвет, а затем и все признаки движения; пока полностью не растворится – как виньетка – в Том, откуда вы смотрите.

Свободной рукой укажите внутрь на это «То».

И убедитесь, что оно не содержит ничего, что может родиться или умереть, и абсолютно ничего, что могло бы ему принадлежать.

И что вы снова отважились стать на путь длиною метр и дойти до самого сердца внутренней Страны Абсурда. И снова обнаружили, что она не только непрерывно продолжает внешнюю Страну Разума, но и неизмеримо более разумна, более четко различима.

И что вы пришли Домой, из вихря жизни и смерти – в его Вечное Око.

И что вы больше не чудила.

Перевод с английского: Е. Хилинской