Отрывки из книги «Я есть То»

Нисаргадатта Махарадж

1. Чувство «я есть»

Вопрос: Каждый день при пробуждении откуда-то внезапно появляется этот мир. Откуда он берется?
Махарадж: Прежде чем что-то возникнет, должен быть кто-то, кто это воспримет. Все появления и исчезновения предполагают какое-то изменение на некоем неизменном фоне.

В: Перед пробуждением сознание отсутствовало.
М: В каком смысле? Вы все забыли, или восприятия не было вообще? Разве вы не воспринимаете, даже когда вы без сознания? Можно ли существовать без сознавания? Провал в памяти: является ли он доказательством несуществования? И вправе ли вы рассуждать о своем несуществовании как о пережитом опыте? Вы не можете даже сказать, что ваш ум не существовал. Разве вы никогда не просыпались оттого, что вас позвали? И, просыпаясь, не было ли первым, что вы ощущали, чувство «я есть»? Какое-то зерно сознания должно присутствовать даже во сне или обмороке. При пробуждении сознание проходит следующие стадии: «Я есть – тело – в этом мире». Кажется, что эти стадии наступают последовательно, но фактически это происходит одновременно, единая идея о существовании тела в мире. Можно ли испытывать чувство «я есть», не будучи при этом конкретным человеком?

В: Я всегда являюсь кем-то с определенными привычками и памятью. Другого «я есть» я не знаю.
М: Может быть, что-то мешает вам узнать? Когда вы не знаете чего-то, что знают другие, что вы делаете?

В: Я ищу источник их знания, следуя их наставлениям.
М: Разве вам не важно узнать, являетесь ли вы просто телом или чем-то еще? Или, возможно, вообще ничем? Разве вы не видите, что все ваши проблемы – это проблемы вашего тела. Пища, одежда, кров, семья, друзья, имя, слава, безопасность, выживание – все это теряет свое значение в тот момент, когда вы осознаете, что, возможно, не являетесь только телом.

В: А какая польза от того, чтобы знать, что я не являюсь телом?
М: Говорить, что вы не являетесь телом, не совсем верно. В каком-то смысле вы являетесь и телом, и сердцем, и умом, и гораздо большим. Погрузитесь глубже в чувство «я есть», и сами все поймете. Как вы находите забытую или положенную не на место вещь? Вы фиксируете на ней свой ум, пока не вспомните. Чувство бытия, «я есть», возникает первым. Спросите себя, откуда оно берется, или просто наблюдайте за ним. Когда ум пребывает в «я есть» без движения, вы входите в состояние, которое нельзя описать словами, но можно испытать. Все, что вам надо делать, – пытаться снова и снова. В конце концов, чувство «я есть» всегда с вами, только вы привязали к нему тело, чувства, мысли, идеи, вещи и т. д. Все эти понятия, с которыми вы себя отождествляете, вводят вас в заблуждение. Из-за них вы принимаете себя за то, чем вы не являетесь.

В: Тогда чем я являюсь?
М: Достаточно знать, чем вы не являетесь. Вам не нужно знать, чем вы являетесь. Потому что, если знанием считается описание в терминах уже известного, воспринятого или концептуального, такая вещь, как самопознание, существовать не может, так как то, чем вы являетесь, может быть описано только в терминах отрицания. Все, что вы можете сказать: «Я не это, я не то». Вы не можете сказать: «Это то, чем я являюсь». В этом просто нет смысла. То, что вы можете определить как «это» или «то», не может быть вами. Определенно, вы не можете быть «чем-то» еще. Вы не являетесь тем, что можно воспринять или вообразить. В то же время без вас не может быть ни восприятия, ни воображения. Понаблюдайте за тем, как чувствует сердце, думает ум, действует тело. Сам акт восприятия показывает, что вы не то, что вы воспринимаете. Может ли существовать восприятие, переживание без вас? Переживание должно быть кем-то «пережито». Кто-то должен прийти и заявить, что оно принадлежит ему. Переживание не будет настоящим, если нет переживающего. Именно переживающий делает переживание реальным. Зачем вам переживание, которое вы не можете пережить?

В: Ощущение того, что вы переживающий, чувство «я есть», разве оно не является также переживанием?
М: Безусловно, любая воспринимаемая вещь является переживанием. И в каждом переживании присутствует переживающий. Память создает иллюзию непрерывности. В действительности, у каждого переживания есть свой переживающий, и чувство отождествления возникает из общего фактора в основе всех отношений типа переживающий-переживание. Отождествление и непрерывность – это не одно и то же. Подобно тому как у каждого цветка свой цвет, но все цвета возникают благодаря одному и тому же свету, так и множество переживающих возникают из неразделенного и неделимого осознания, различные в памяти, но единые в сущности. Эта сущность является корнем, основанием, вневременной и внепространственной «возможностью» всего бытия.

В: Как мне достичь этого?
М: Вам не надо достигать этого, вы есть это. Оно само настигнет вас, если вы дадите ему шанс. Отпустите свои привязанности к иллюзорному, и истинное стремительно и мягко займет свое место. Перестаньте воображать себя кем-то или считать, что вы делаете то или это, и в вас пробудится осознание того, что вы являетесь источником и сердцем всего сущего. С этим осознанием придет великая любовь, которая не является ни выбором или склонностью, ни привязанностью, но силой, наделяющей все вещи любовью.

3. Живое настоящее

Вопрос: Как я понимаю, и с моим телом, и с моим истинным бытием все в порядке. Они от меня не зависят и не нуждаются в какой-либо доработке или улучшении. Единственное, что не совсем в порядке, – это «внутреннее тело», называйте это умом, сознанием, антахкараной, или как-то еще.
Махарадж: А что, по-вашему, не так с вашим умом?

В: Он беспокоен, жаден до удовольствий и боится неприятного.
М: А что плохого в том, чтобы искать удовольствий и избегать неприятного? Между берегом боли и берегом наслаждения течет река жизни. Проблемы появляются только тогда, когда ум отказывается плыть по течению жизни и застревает на одном из берегов. «Плыть по течению жизни» означает приятие, то есть позволять приходить тому, что приходит, и уходить тому, что уходит. Отбросьте желания и страх, наблюдайте за тем, что есть, как и когда оно происходит, поскольку вы не то, что происходит, вы тот, с кем это происходит. В конечном счете, вы даже не наблюдатель. Вы – абсолютный потенциал, проявлением и выражением которого является всеохватывающее сознание.

В: И все же между телом и Я лежит облако мыслей и чувств, которое не приносит пользы ни телу, ни уму. Эти мысли и чувства хрупкие, мимолетные и бессмысленные, пустая ментальная пыль, которая слепит и вызывает удушье, тем не менее они существуют, лишая ясности и разрушая.
М: Разумеется, память о событии не может заменить само событие. Как не может и ожидание. В настоящем событии есть что-то особенное, уникальное, чего нет ни у прошедшего, ни у грядущего. В нем есть жизненность, действительность, оно будто выхвачено светом. На настоящем лежит «печать реальности», которой нет у прошлого и будущего.

В: Что налагает на настоящее эту «печать реальности»?
М: В настоящем событии нет ничего такого, что отличало бы его от прошлого или будущего. В какой-то момент прошлое было настоящим, и будущее тоже станет. Что же делает настоящее таким особенным? Очевидно, мое присутствие. Я реален, поскольку я всегда сейчас, в настоящем, и то, что меня окружает сейчас, тоже пребывает в моей реальности. Прошлое находится в памяти, будущее – в воображении. В самом настоящем событии не содержится ничего, что делало бы его реальным. Это может быть какое-нибудь простое повседневное событие, как, например, перемещение стрелки часов. Несмотря на наше знание о том, что все движения часовой стрелки абсолютно одинаковы, настоящее движение сильно отличается и от предыдущего (в памяти), и от последующего (ожидаемого). Вещь, сфокусированная в сейчас, находится со мной, поскольку я присутствую всегда. Я привношу свою собственную реальность в настоящее событие.

В: Но мы взаимодействуем с воспоминаниями так, как если бы они были реальными вещами.
М: Мы рассматриваем воспоминания, только когда они входят в настоящее. Забытое не в счет, пока человеку не напомнят о нем, что предполагает введение его в сейчас.

В: Да, я вижу, что в сейчас присутствует какой-то неизвестный фактор, который наделяет преходящую действительность мгновенной реальностью.
М: Не следует говорить, что он неизвестен, поскольку вы постоянно наблюдаете его в действии. Изменялся ли он когда-нибудь с тех пор, как вы родились? Вещи и мысли все время меняются, но чувство, что происходящее сейчас – реально, не менялось никогда, даже во сне.

В: В глубоком сне нет переживания реальности настоящего.
М: Пустота глубокого сна вызвана отсутствием конкретных воспоминаний. Но там присутствует общая память о существовании. Есть разница в ощущении, когда мы говорим «я крепко спал» и «меня не было».

В: Вопрос, с которого мы начали, был следующим: между источником жизни и ее проявлением (т. е. телом) лежит ум и его вечно меняющиеся состояния. Это бесконечный, бессмысленный и болезненный поток ментальных состояний. Боль – постоянная составляющая. То, что мы называем удовольствием, – не что иное, как промежуток, интервал между двумя болезненными состояниями. Желание и страх – это нить и основа, из которых соткано существование, и оба они состоят из боли. Мой вопрос такой: может ли существовать счастливый ум?
М: Желание – это память об удовольствиях, а страх – память о боли. Они лишают ум покоя. Мгновения удовольствия – всего лишь промежутки в потоке боли. Как ум может быть счастливым?

В: Это верно, если мы желаем удовольствий или боимся боли. Но ведь бывают моменты неожиданной, непредвиденной радости. Чистой радости, незапятнанной желанием – нежданной, незаслуженной, дарованной Богом.
М: И все-таки радость является радостью только на фоне боли.

В: Боль – это космический закон или порождение ума?
М: Вселенная целостна, а там, где присутствует целостность, не может быть недостатка ни в чем. Так откуда может взяться боль?

В: Вся вселенная может быть целостна, но какие-то ее части могут быть несовершенны.
М: Часть целого, рассматриваемая в контексте неделимого целого, также целостна. Только если рассматривать ее в изоляции, она будет неполной и станет источником боли. Что вызывает изоляцию?

В: Ограничения ума, конечно. Ум не может различить, где часть и где целое.
М: Правильно. Ум по своей природе разделяет и противопоставляет. Может ли существовать другой ум, объединяющий и гармонизирующий, который видит целое в одной части и часть – как неотделимое от целого?

В: Другой ум – где его искать?
М: За пределами ограниченного, разделяющего и противопоставляющего ума. Прекратив известные нам ментальные процессы. Когда они останавливаются, рождается тот другой ум.

В: В другом уме не будет ни радости, ни печали?
М: Не так, как мы их воспринимаем – как что-то желанное или невыносимое. Это становится скорее вопросом любви, ищущей выражения и встречающей препятствия. Неразделяющий ум – это любовь в действии, борющаяся с обстоятельствами, побежденная вначале, но в конце концов всепобеждающая.

В: Мост, возведенный между телом и духом, – это любовь?
М: Что же еще? Ум порождает бездну, сердце пересекает ее.

7. Ум

Вопрос: Существуют очень интересные книги, написанные достаточно компетентными людьми, в которых отрицается иллюзорность мира (но не его мимолетность). По их словам, есть иерархия существ от самых низших до самых высших. На каждом плане сложность организма предопределяет и отражает глубину, широту и интенсивность сознания без какой-либо явной или познаваемой точки высшего развития. На всех планах действует только один высший закон: эволюция форм для роста и расширения сознания и проявления его бесконечных возможностей.
Махарадж: Может быть, это соответствует истине, а может, и нет. Даже если это верно, то только с позиции ума, но на самом деле вся вселенная (махадакаша) существует только в сознании (чидакаша), тогда как я пребываю в Абсолюте (парамакаша). В чистом бытии возникает сознание, в сознании появляется и исчезает мир. Все, что есть, – это я, все, что есть, – мое. Прежде всех начал, после всех окончаний – я есть. Существование всего – во мне, в «я есть», которое сияет в каждом живом существе. Даже небытие немыслимо без меня. Что бы ни произошло, я должен быть там, чтобы наблюдать это.

В: Почему вы отрицаете существование мира?
М: Я не отрицаю мир. Я вижу, что он берет начало в сознании, которое есть тотальность известного в бескрайности неизвестного. Все, что имеет начало и конец, – всего лишь видимость. Мир может привидеться, но не быть. Эта видимость может длиться очень долго по одной шкале времени или быть очень короткой по другой шкале, но по сути это одно и то же. Все ограниченное временем мимолетно и не имеет реальности.

В: Без сомнения, вы видите окружающий вас действительный мир. Ваше поведение кажется вполне нормальным!
М: Так кажется вам. То, что у вас занимает все поле сознания, для меня всего лишь крупинка. Мир длится, но лишь мгновение. Ваша память заставляет вас думать, что мир непрерывен. Я же не живу памятью. Я вижу мир таким, какой он есть, – образом, привидевшимся сознанию на мгновение.

В: Вашему сознанию?
М: Любая идея о «я» и «моем», даже о «я есть» находится в сознании.

В: Является ли тогда ваше «абсолютное бытие» (парамакаша) бессознательностью?
М: Идея бессознательности существует только в сознании.

В: Тогда откуда вы знаете, что пребываете в высшем состоянии?
М: Потому что я в нем. Это единственное естественное состояние.

В: Вы могли бы описать его?
М: Только в терминах отрицания: не имеющее причины, независимое, ни с чем не связанное, неделимое, несотворенное, непоколебимое, неоспоримое, не достижимое с помощью усилий. Любое утвердительное определение идет из памяти, и потому не годится. В то же время мое состояние предельно реально, и потому возможно, постижимо и достижимо.

В: А не поглощены ли вы абстракциями?
М: Абстракции имеют ментальное и вербальное происхождение и исчезают во сне или обмороке, со временем они возвращаются. Я безвременно пребываю в моем собственном состоянии (сварупа) в сейчас. Прошлое и будущее существуют только в уме, я есть сейчас.

В: Мир тоже существует сейчас.
М: Какой мир?

В: Мир вокруг нас.
М: Вы имеете в виду ваш мир, не мой. Что вы знаете обо мне, если даже мой разговор с вами существует только в вашем мире? У вас нет причин верить, что мой мир подобен вашему. Мой мир реален, именно таков, каким воспринимается, а ваш появляется и исчезает в зависимости от состояний вашего ума. Ваш мир чужд вам, и вы боитесь его. Мой мир – это я сам. Я у себя дома.

В: Если вы и мир – одно, как вы можете его сознавать? Разве субъект сознания не отличен от объекта?
М: Сознание и мир появляются и исчезают вместе, поскольку они – два аспекта одного и того же состояния.

В: Во сне меня нет, а мир продолжается.
М: Откуда вы знаете?

В: Я узнаю об этом, когда просыпаюсь. Память подсказывает мне.
М: Память – это ум. Ум продолжается во сне.

В: Частично он отсутствует.
М: Но его картина мира не меняется. Пока есть ум, есть и ваше тело, и ваш мир. Ваш мир создан умом. Субъективный, заключенный внутри ума, фрагментарный, временный, персональный, он висит на волоске памяти.

В: Как и ваш?
М: Нет, что вы! Я живу в действительном мире, а вы – в мире представлений. Ваш мир персональный, личный, его нельзя разделить с другими, он только ваш. Никто не может войти в него, видеть так, как видите вы, слышать так, как слышите вы, чувствовать ваши эмоции и думать ваши мысли. В вашем мире вы совершенно одни, замкнуты в своем вечно меняющемся сне, который считаете жизнью. Мой мир открыт, един для всех, доступен всем. В моем мире есть общность, озарение, любовь, качество реальности. Индивидуальное тотально, тотальность – в индивидуальности. Все едино, и Одно есть все.

В: Ваш мир так же полон вещей и людей, как и мой?
М: Нет, он наполнен мной.

В: Но вы видите и слышите так же, как мы?
М: Да, со стороны кажется, что я слышу, вижу, разговариваю и действую, но для меня это просто происходит, как для вас происходит пищеварение или потоотделение. Механизм тела-ума присматривает за происходящим, но не требует моего участия. Так же как вы не принимаете участия в росте ваших волос, так и я не забочусь о своих словах и действиях. Они просто случаются и не затрагивают меня, поскольку в моем мире не бывает неправильных вещей.

Перевод с английского: Н. Гориной